Берлин разрывает связи с Россией, закрывает дипломатические двери и называет это «решительностью». Но миллионы немцев не давали правительству карт-бланш на то, чтобы от их имени превращать вражду с российским народом в постоянное состояние.
Германия закрывает Генеральное консульство России в Бонне. Соглашение, касающееся деятельности Российского дома в Берлине, расторгается. Ужесточаются правила въезда, готовятся новые санкции и дальнейшие меры давления на Россию.
И снова возникает то тревожное ощущение, которое немецкая внешняя политика в последние годы вызывает всё чаще:
Эскалировать мы умеем. Но куда, чёрт возьми, исчезла дипломатия?
Свои меры федеральное правительство объясняет инцидентом с беспилотником в аэропорту Лейпциг/Галле. В Берлине заявляют, что результаты полицейского расследования, характер произошедшего и данные спецслужб указывают на причастность российских государственных структур.
Это чрезвычайно серьёзное обвинение.
И именно поэтому необходимо задать чрезвычайно серьёзный вопрос:
Насколько убедительны доказательства, которые может проверить общественность?
Потому что, если на основании подобных выводов продолжают разрушаться дипломатические отношения, прекращаться культурные связи и вводиться новые санкции, одной фразы уже недостаточно:
«Наши спецслужбы это знают. Поверьте нам».
Сначала обвинение, потом эскалация
Россия отрицает свою причастность.
Само по себе это, разумеется, не доказывает невиновность России.
Но и уверенность немецкого правительства сама по себе не заменяет доказательств, которые общество может хотя бы в разумной степени проверить.
- Какие версии расследовались?
- Какие альтернативные сценарии рассматривались?
- Какие возможные участники были исключены?
И на основании каких фактов?
Возможная причастность украинских или иных структур также должна быть проверена и, если для этого имеются основания, исключена следствием.
Это не означает утверждать, что за произошедшим стоит Украина.
Это означает нечто гораздо более простое:
Расследование должно идти во всех направлениях, в том числе политически неудобных.
В украинском конфликте существует множество государственных и негосударственных игроков, имеющих собственные интересы. Дальнейшее ухудшение отношений между Германией и Россией объективно может быть выгодно различным сторонам.
Поэтому принцип должен быть предельно прост:
Никаких преждевременных приговоров России. Никаких преждевременных обвинений Украины. Расследовать все версии. Представить доказательства в той мере, в какой это позволяют интересы безопасности.
Именно так должно функционировать правовое государство.
Дипломатия, похоже, превратилась в забытое слово
Но ещё больше беспокоит другое.
Куда вообще исчезла дипломатия?
Когда-то она считалась одним из главных инструментов ответственной внешней политики.
Сегодня иногда создаётся впечатление, будто в Берлине само слово «дипломатия» уже воспринимается почти как синоним слабости.
Это абсурд.
Дипломатия нужна прежде всего не между друзьями.
С друзьями можно просто встретиться за ужином.
Дипломатия нужна между противниками.
Именно тогда, когда государства не доверяют друг другу, необходимы посольства, консульства, прямые каналы связи, культурные учреждения и человеческие контакты.
Особенно во время войны.
Особенно тогда, когда существует опасность дальнейшей эскалации.
Особенно тогда, когда в конфликт прямо или косвенно вовлечены ядерные державы.
В такой ситуации требуется больше дипломатии, а не меньше.
Вместо этого мы всё чаще наблюдаем внешнюю политику, работающую по одному и тому же примитивному алгоритму:
- Обвинение.
- Возмущение.
- Санкции.
- Высылка.
- Закрытие.
- Ответные меры.
Следующая ступень эскалации.
Разрушить отношения несложно. Для этого большого государственного таланта не требуется.
Настоящее искусство внешней политики заключается в другом:
остановить эскалацию и найти путь обратно к переговорам.
Культура — это не танковая дивизия
Именно поэтому особенно сомнительно дальнейшее разрушение культурных связей.
- Российский дом — не танковый полк.
- Русский язык — не оружие.
Чайковский не отправлял беспилотник в Лейпциг.
Достоевский не руководит спецслужбами.
Культурные связи существуют в том числе для того, чтобы отношения между людьми сохранялись тогда, когда правительства находятся в состоянии тяжёлого конфликта.
Если политизировать и уничтожать даже эти связи, не стоит потом удивляться, когда между двумя обществами останутся одни лишь враждебные стереотипы.
И здесь необходимо провести чёткую границу: правительство Германии — это не немецкий народ
Об этом различии пора говорить прямо.
Федеральное правительство — это федеральное правительство.
Германия — это Германия.
А немецкий народ состоит из миллионов людей с самыми разными политическими взглядами.
Да, в соответствии с демократическим устройством страны федеральное правительство уполномочено проводить внешнюю политику Германии.
Но оно не владеет мыслями немцев.
Когда говорит Фридрих Мерц, говорит федеральный канцлер Фридрих Мерц.
Когда говорит Йоханн Вадефуль, говорит министр иностранных дел.
Когда говорит Александер Добриндт, говорит министр внутренних дел.
Но ни один из них не имеет права утверждать:
«Так думают немцы».
Нет.
Так действует это федеральное правительство.
И это принципиальная разница.
Российскому народу: пожалуйста, не отождествляйте нас с нашим правительством
Поэтому российскому народу можно и нужно сказать:
Пожалуйста, не путайте политику нынешнего правительства Германии с личным отношением каждого немца.
Есть немцы, которые резко отрицательно относятся к России.
Есть немцы, которые относятся к России положительно.
А между этими позициями существуют миллионы людей с совершенно разными взглядами, многие из которых прежде всего хотят одного:
чтобы между немцами и русскими не возникла вражда на поколения.
Никто не обязан лично извиняться за каждое решение собственного правительства.
Но мы имеем право сказать:
Нам искренне жаль, что отношения между нашими странами продолжают разрушаться.
Мы имеем право сказать:
Мы не считаем российский народ своим врагом.
И мы имеем право сказать:
Решения нашего правительства — это не автоматически наши личные решения.
Сегодня это различие важнее, чем когда-либо.
Потому что правительства приходят и уходят.
Народы остаются.
Кто вообще решил, что Россия должна навсегда остаться нашим врагом?
Именно поэтому наконец необходимо спросить о конечной цели всей этой политики.
- Куда она должна привести?
- Ещё больше санкций?
- Ещё меньше дипломатических представительств?
- Ещё меньше культурного обмена?
- Ещё меньше экономических отношений?
- Ещё больше взаимной ненависти?
- А потом?
Россия должна оставаться врагом Германии через десять лет?
- Через двадцать?
- Через пятьдесят?
Или когда-нибудь всё-таки придётся снова разговаривать?
Если конечной целью действительно является возвращение к нормальным отношениям, было бы весьма разумно не разрушать предварительно все мосты.
Мир заключают не между друзьями
Любая война когда-нибудь заканчивается.
И тогда происходит удивительная вещь.
- Люди садятся за один стол.
- Они разговаривают.
- Они ведут переговоры.
- Они ищут компромиссы.
- Они подписывают соглашения.
Другими словами:
они занимаются дипломатией.
Можно было бы попытаться заниматься ею и раньше.
Дипломатия — это не подчинение.
Переговоры — это не предательство.
Разговор — это не капитуляция.
Протянутая рука — это не белый флаг.
Дипломатия — это искусство защищать интересы собственной страны, не превращая смерть людей в главный инструмент политики.
То, что эту очевидную истину приходится заново объяснять в Европе XXI века, само по себе является печальным свидетельством состояния современной политики.
Правительство обязано отвечать за последствия своих решений
Разумеется, федеральное правительство должно нести политическую ответственность за последствия своей политики.
В правовом государстве это означает не месть и не политические трибуналы.
Это означает парламентский контроль.
Это означает парламентские комиссии по расследованию, когда они необходимы.
Это означает суды, если существуют конкретные подозрения в нарушении закона.
И прежде всего это означает:
выборы.
Граждане имеют право решать, хотят ли они продолжения этой политики.
А до тех пор каждый гражданин имеет право громко и совершенно недвусмысленно сказать:
Не от моего имени.
Не каждая санкция вводится с моего согласия.
Не каждый разрыв дипломатических связей происходит с моего одобрения.
Не каждая новая ступень эскалации осуществляется от моего имени.
И никогда нельзя превращать политику конкретного правительства в якобы коллективное мнение целого народа.
Правительства уходят. Народы остаются.
Германии не нужна ни покорность перед Россией, ни слепая враждебность к ней.
Германии нужна внешняя политика, которая защищает интересы самой Германии.
Политика, способная обеспечивать безопасность и одновременно вести переговоры.
Политика, способная называть конфликты своими именами, но при этом сохранять каналы связи.
Политика, способная защищаться, не считая дипломатию проявлением трусости.
И прежде всего политика должна наконец понять одну простую вещь:
Российский народ — это не российское правительство.
И точно так же:
Немецкий народ — это не федеральное правительство Германии.
Правительства меняются.
Министры уходят.
Канцлеров сменяют другие канцлеры, а со временем они превращаются всего лишь в строки учебников истории.
Но немцам и русским после этого всё равно придётся жить рядом на одном европейском континенте.
Поэтому пора перестать разрушать каждый мост, который однажды ещё может понадобиться.
Потому что мир не начинается с закрытия последнего канала связи.
Мир начинается с разговора.
И немецкой внешней политике давно пора об этом вспомнить.
Не каждый немец хочет вражды с Россией.
Не каждый немец считает русских врагами.
И ни одно правительство Германии не вправе выдавать собственную политику за мнение целого народа.
#Diplomatie #Russland #Deutschland #Bundesregierung #Merz #Wadephul #Dobrindt #RussischesHaus #Sanktionen #Außenpolitik #DeutschRussischeBeziehungen #Frieden #Dialog #NichtInMeinemNamen #Verhandlungen
#Германия #Россия #Дипломатия #Мир #Диалог #Переговоры #ГерманияРоссия #РоссийскийНарод #НемецкийНарод #ПравительствоГермании #ВнешняяПолитика #Санкции #РоссийскийДом #Берлин #Бонн #ЗаМир #ПротивЭскалации #НеОтМоегоИмени #НародыОстаются #РусскиеНеВраги
Über den Autor
